rem-koolhaas

Рем Колхас

Рем Колхас (Rem Koolhaas) (1944)  —  голландский архитектор, теоретик архитектуры и урбанист. Основатель архитектурного бюро ОМА и журнала Volume. Лауреат Притцкеровской премии 2000 года и один из ста наиболее влиятельных людей 2008 года по мнению американского журнала Time.

Его проекты базируются на на философии деконструктивизма. Именно в его компании ОМА начинала карьеру Заха Хадид. К Колхасу обращаются правительственные структуры и представители бизнеса из разных стран мира. Он проектировал здания для бутиков Prada в США, музеев в Лас-Вегасе и Роттердаме, концертного холла в Порто. Выступал в роли консультанта питерского Эрмитажа в связи с реконструкцией. Помимо архитектурной практики Рем занимается литературной и преподавательской деятельностью.

Родился 17 ноября 1944 года в Роттердаме. Бушевала Вторая Мировая война. Родной город Роттердам был разрушен немецкой армией. Вместе с отцом мальчик уехал в Индонезию, что сильно отразилось на его мировоззрении. Резкий контраст между серыми развалинами родного города и буйством тропической зелени, между красотой и уродством, незаконченным и совершенным впоследствии найдет отражение в проектах Колхаса. Выпускник школы Архитектурной Ассоциации в Лондоне и Корнелльского университета. По возвращении на родину Рем сотрудничает с газетами и даже работает в киноиндустрии (пишет сценарии). Но к 24 годам литературный труд надоедает Колхасу, и он решает посвятить себя архитектуре. Сначала молодой человек 4 года обучается в Лондоне, а затем уезжает в Штаты, где продолжает получать профильное образование. В 1975 году основал архитектурное бюро ОМА, в котором впоследствии начинала свою карьеру Заха Хадид.

Среди наиболее важных проектов Колхаса стоит выделить Роттердамский художественный музей (1992), музей Гуггенхайм-Эрмитаж в Лас-Вегасе (2002), посольство Нидерландов в Берлине (2003), бутики Прада в США (2003), центральную библиотеку Сиэтла (2004), Дом музыки в Порту (2005) и Штаб-квартиру CCTV (Центральное телевидение Китая) (2008).

В 2008 году Колхас получил Притцкеровскую премию за заслуги перед архитектурным сообществом. В 2010 году за вклад в архитектуру Колхасу на Венецианской биеннале был вручён Золотой лев.

В 2012 году публике было представлено новое здание Центра современной культуры «Гараж» в Парке им. Горького в Москве.

Колхас называет архитектуру довольно опустошающим занятием, потому что работа над проектом потребляет колоссальное количество творческой энергии. При таком раскладе у мастера не остается сил на знакомство с новыми возможностями индустрии. Именно поэтому он высоко ценит знания и в конце прошлого века создал организацию АМО. Это виртуальная площадка для теоретических проектов, исследования актуальных культурных феноменов, влияющих на жизнь общества.

На счету Рема Колхаса множество международных и национальных наград, в том числе престижная премия имени Притцкера. Преподает в Гарварде.

Колхас является членом Международного попечительского комитета по созданию в Москве музея Дома Мельникова.

https://en.wikipedia.org/wiki/Rem_Koolhaas

www.oma.eu

Интервью
РЕМ КОЛХАС: «МЫ НЕ ВОССТАНАВЛИВАЛИ ЗДАНИЕ, А КОНСЕРВИРОВАЛИ ЕГО РАСПАД»
10 июня 2015 года на открытии нового здания музея современного искусства «Гараж» в Парке Горького, в которое превратился ресторан «Времена года» (арх. И.М. Виноградский, «Моспроект-4», 1968 г.), глава голландского бюро OMA объяснил, в чем отличие консервации от реставрации,  зачем сохранять модернистские здания и что будет с «Шестигранником».

Этот проект с самого начала имел для меня особое значение. Во-первых,причина, по которой я стал архитектором, — это мой визит в Москву в 1965 году, когда я познакомился с советской архитектурой.

Я приехал в Россию как журналист, и друзья отвели меня в Музей архитектуры им. А.В. Щусева. Там я увидел работы Ивана Леонидова — то, как он минимумом средств добивается максимального эффекта. И на его примере я осознал, что архитектура не просто создает формы, а может быть мощным инструментом для жизненной реорганизации — как в масштабах семьи, так и целого города. Тогда я и решил стать архитектором.

Для меня быть архитектором — значит быть сценаристом, который предлагает своим «персонажам» возможные эпизоды, роли, драматургические ходы и варианты развития событий.

Вторая причина значимости этого проекта — в том, что около 6-7 лет мы осознали, что сохранение — это очень важная часть архитектурного репертуара (а это здание является проектом сохранения бывшего ресторана «Времена года» 1968 года постройки). Она позволяет архитектору сфокусироваться на том, как приспособить пространство под разные функции. Так что тема сохранения и консервации нам очень интересна, хотя и не всегда в классическом смысле слова.

Само понятие «сохранение наследия» появилось одновременно с модернизмом. И мне кажется, этот процесс должен быть ближе к архитектуре, нежели к реставрации.

Я считаю, что величайшая ошибка всего движения за сохранение памятников — это стремление сохранить только великие и старые здания. Мы же хотим показать, что нужно сохранять не только ценное, но и повседневное. Меня вдохновляет мысль, что объектом сохранения может стать какая-нибудь архитектурная посредственность: поскольку ничего особенно впечатляющего в ней явно не будет, она станет интригующей территорией свободы и эксперимента.

Экспериментом для нас стала и работа с этим зданием ­— я, кстати, был здесь в 1968-м, когда ресторан только открылся. Нет, ничего не ел — мы тогда питались исключительно батончиками «Марс».

Это чистый образец советской архитектуры с ее «щедрыми» масштабами:можно говорить что угодно про советский режим, но общественные сооружения здесь строить умели, и строили с размахом — теперь такого уже нет.

Благодаря этой щедрости мы теперь имеем возможность экспериментировать с «радикальным» сохранением, добавляя галереи, образовательные пространства, кафе и проч.

Задачей сохранения было, в том числе, приспособление под разные функции. Мы продемонстрировали уважением к тому, что уже было, и восприняли это как данность, не пытаясь ничего изобретать ни для потехи самолюбия, ни ради зрелищности.

Планировку 1968 года мы почти не поменяли — лишь немного изменили наполнение двух функциональных ядер, где раньше была кухня, а теперь находятся служебные помещения музея. В остальном все, что мы сделали, — это соорудили «оболочку» из поликарбоната и сохранили максимум от оригинала.

Фактически мы не восстанавливали здание, а консервировали его распад. Пусть то, что мы сохраняем, не совершенно — это помогает лучше видеть историю постройки. Особенно хорошо она читается на стенах, на которых много видимых изъянов и «швов». Но зато понятно, какими стены были в год постройки ресторана и как они затем менялись.

Мы сохранили и очистили фундаментальное мозаичное панно, обычный и клинкерный кирпич, глазурованную керамическую плитку — все «выставлено» здесь, на стенах. И что бы теперь не устраивал «Гараж» в этом здании и чем бы оно в итоге ни стало — никакой конфронтации не будет.

А главное — консервируя это здание, мы сохранили не только оболочку, но и советское идеологическое наполнение, метафору ресторана как фабрики и одновременно пропаганды коммунистических ценностей. Потому что нам очень понравилась идея музея как «фабрики искусства» и «фабрики пропаганды» — но уже не политического строя, а искусства и ради искусства.

К слову, я всегда восхищался достижениями Даши Жуковой и очень уважаю ее стремление подарить Москве современное искусство. Очень здорово, когда архитектура становится ответом на понятные и очевидные потребности, когда есть конкретный социальный запрос — в данном случае на современное искусство, и я рад быть частью этого. Даша, кстати, принимала в проекте самое непосредственное участие, проявив себя как блестящий архитектурный критик.

Конечно, все спрашивают меня, в чем отличие «Гаража» от недавно открывшегося фонда Prada в Милане. В случае с Prada нам нужно было связать несколько разных объектов в единое целое, а здесь мы имели дело с единым целым, в котором нужно было предусмотреть несколько ситуативно разных функций. Так что в определенном смысле это были противоположные друг другу задачи.

Кроме того, фонд Prada — это считай, что крепость, в то время как «Гараж» открыт парку и городу. Ну и, наконец, Prada — это бывшая винодельня, но никто не рассматривает этот комплекс зданий с точки зрения истории алкоголизма. Бывший советский ресторан, конечно, тоже мало рассказывает о кулинарии, но зато полон других исторических смыслов, в том числе политических.

Что касается российской специфики, то строить в России сложно — но строить сложно везде. Самым большим вызовом было легализовать строительную площадку и получить все официальные разрешения, чтобы наконец начать строительство. Ну, а дальше были вызовы поменьше — как сохранить, заменить, усилить…

Кстати, из-за юридических моментов это здание, которое сначала предполагалось сделать временным, превратилось в постоянное.Оказалось, что в нормативах понятия «временная постройка» не существует, и все согласования надо проходить по полной. Причем согласования невероятно сложные — в том числе из-за строительства на территории парка.

Предполагалось, что постоянным зданием будет находящийся по соседству павильон «Шестигранник» («Машиностроение») Ивана Жолтовского — еще один замечательный экземпляр советской архитектуры, построенный в 1923 году к Всероссийской сельскохозяйственной выставке. Этот павильон из нескольких корпусов тоже принадлежит «Гаражу», однако из-за того, что он почти на полвека старше «Времен года», с согласованиями все еще сложнее.

Но когда-нибудь, мы надеемся, «Шестигранник» все-таки станет частью музейного комплекса — как и устроенный нами импровизированный «Парк Искусств», который выступит соединительной тканью между бывшим рестораном и павильоном машиностроения.

_Garage_Museum_of_Contemporary_Art_Mocow_Russia_2012Garage Museum of Contemporary Art, Mocow, Russia, 2012

CCTV Headquarters Bldg project from Hujialou (呼家楼). The nail house that stood for more than two years in defiance of the Xanadu development (behind the broken wall @ lower right) is now gone. Xanadu has overrun it, another non-story in the rebuilding of Beijing, CN and the slow emergence of the CBD (Central Business District). --October 18, 2010 12:07 AM
CCTV – Headquarters, Beijing, China, 2012

Porsche Towers Dubai 2006Porsche Towers, Dubai, UAE, 2006

Seattle Central Library 2010 @rich.lilly.photoSeattle Central Library, Seattle, USA, 2010 (Photo rich.lilly)

Casa da Musica Porto Portugal 2 2005Casa da Musica, Porto, Portugal, 2005

Casa da Musica Porto Portugal 3 2005Casa da Musica, Porto, Portugal, 2005

24 Hour Museum Paris 201224 Hour Museum, Paris, France, 2012

Serpentine Gallery Pavilion Lonond 2006Serpentine Gallery Pavilion, London, UK, 2006